Человек кино

В свои 73 он легок на подъем и по-европейски элегантен, сдержан, ироничен. Книгочей, запоем читающий хорошую литературу, фотограф, обладающий зорким взглядом.

 

Как дипломат, 14 лет представлявший культуру Литвы в России, он немало сделал для упрочения отношений этих стран. И все-таки Юозас Будрайтис считает себя прежде всего человеком кино. Известность ему принесло участие в прогремевшем на всю страну фильме Витаутаса Желакявичюса «Никто не хотел умирать». За долгие годы работы в кино он сыграл более ста ролей, главных и эпизодических. Юозасу Будрайтису удалось не стать заложником одного образа. За ним закрепилось амплуа молчаливого, сдержанного, мужественного героя. Не случайно Родион Нахапетов называл его «мастером крупного немого плана». На встрече, которая состоялась недавно в Арт-центре Марка Шагала, Юозас Будрайтис живо, образно, с юмором рассказывал о жизни, творчестве, своих пристрастиях и увлечениях, жене и детях.

 

Долгое время он, несмотря на предложения, сторонился театра. И все-таки, поддавшись на уговоры каунасского режиссера Йонаса Вайткуса, вышел на сцену Каунасского театра, в котором задержался на шесть лет.

В наш город литовский актер приехал не случайно: в Арт-центре Марка Шагала месяц работала его фотовыставка «Мое кино.1970 — 1990 годы». Размышляя о времени и о себе, народный артист Литвы, кавалер орденов Дружбы, Почета и других регалий, не однажды обращался к портрету жены Виты, «единственной и любимой». На черно-белых снимках — актеры, с которыми он работал, а со многими и дружил: Олег Янковский, Иннокентий Смоктуновский, Марина Неёлова, Ирина Мирошниченко, Вера Глаголева, Родион Нахапетов, режиссер Витаутас Желакявичюс, которого актер считает своим «крестным отцом» в искусстве. Среди работ, замеченных критикой, были строитель Сольнес в одноименной пьесе Г, Ибсена, Ричард III, Владимир Ленин. Юозас Будрайтис сыграл Соленого в пьесе «Три сестры» в постановке знаменитого Эймунтаса Някрошюса.

 

Мое кино

 — Тогда фильм снимался от 4 до 6 месяцев. За это время некоторые влюблялись, женились, а если кино состояло из нескольких серий, рожали детей. Вся жизнь с утра до вечера проходила на съемочной площадке. Это существование, воплощение, сосредоточенность, волнение были тогда моим образом жизни. Кино я люблю безгранично, отдал ему свою жизнь и об этом не жалею. Одна печаль: пока я там жил, мои дети выросли почти без меня. Хотя они стали порядочными людьми благодаря моей жене, которая сумела их воспитать, параллельно занимаясь своей научной работой.

 

Посмотри в объектив!

— Хотелось запечатлеть лица и глаза, которые мне были очень важны, которые я чувствовал сердцем. Думал, когда постарею, буду разглядывать фотографии и вспоминать. Поэтому я подходил к человеку и говорил: «Посмотри в объектив!».

 

Во время многочисленных поездок, проводя время в залах ожидания в аэропортах и на вокзалах, я всегда пристально всматривался в лица. На первой фотовыставке на «Мосфильме» заметил, как одна женщина смотрела на портрет Янковского и вытирала слезы, другая что-то шептала и гладила фотографию Леонова.

 

Можно сыграть любую передовицу

 

Когда Йонас Вайткус в первый раз позвал меня в театр, я сказал, что не буду, не умею, не подготовлен к перевоплощению, сценическому действу, отчуждению от себя. Он смирился, но через год подбросил пьесу Г. Ибсена «Строитель Сольдес». Я загорелся идеей сыграть. На роль Ленина в пьесе    М. Шатрова «Синие кони на красной траве» я поначалу тоже не соглашался. Режиссер меня убедил. Характер Владимира Ильича не был обозначен. Работая над ролью, я обратил внимание на фотографию, где он стоит на Красной площади в костюме-тройке и из кармана брюк нелепо торчит его маленький пальчик. Мизинчик? На репетиции я так и держал руку с оттопыренным мизинчиком. Режиссер в это время направил на руку луч света, и она стала сине-зеленой. Я тогда и со второй рукой то же проделал. В свете прожектора получились две холодные рыбы. Это был не Ленин. Это был человек, породивший некий организм, который его сожрал, а перед этим долго мучил.

 

После премьеры в Каунасе началось сумасшествие: люди стояли за билетами в очереди ночью. Самый большой блат можно было получить за билет на спектакль. Видимо, я угадал что-то важное. А еще я понял, что можно сыграть любую передовицу из газеты и за­ставить на себя смотреть.

 

Советник по культуре

 — Когда мне первый раз предложили занять эту должность при Министерстве иностранных дел в Москве, я отказался, да и жена не хотела. Но как-то мы были на приеме в белорусском посольстве и она в ответ на очередное предложение сказала: «Почему бы и нет?» И мы поехали. В первый день я шел в Министерство и сам себе удивлялся: «Я? На службу?».

 

Юозас Будрайтис подчеркнул, что выставить свои работы в Арт-центре Марка Шагала — для него большая честь. Сказал, что хочет вернуться в Витебск, когда станет тепло и можно будет гулять по городу и вглядываться в лица. Это его любимое занятие.

 

Текст и фото Нины ЛУКЬЯНОВОЙ.

Газета «Твой Город».