Специализация — переселение растений

Витебчанин Иван Морозов по современным меркам — человек неформатный. Мало того, что профессию для себя выбрал вроде бы не совсем мужскую и уж точно не «хлебную» — он ботаник, но что удивительно, он ею доволен. Считает, что занимается своим делом, смысл которого — вернуть растение в природу.

Аспирант кафедры ботаники ВГУ имени П.М. Машерова увлечен этим больше десяти лет. Активный метод охраны растений предполагает выращивание исчезающей культуры в ботанических садах все с той же целью — последующего возвращения на прежние места обитания. Прежде в Беларуси никто не занимался этим систематически, так что специализация  у него редкая.

Основной критерий отбора кандидатов на реинтродукцию — так называется этот метод возвращения растений в природу — принадлежность их к редким видам. У Ивана Михайловича десять объектов изучения. Среди них — аконит северный. Это травянистое растение семейства лютиковых произрастает только в окрестностях Витебска. На район его обитания возле спецавтобазы наступает стройка, так что аконит на грани исчезновения. Поэтому в списке будущих переселенцев он стоит первым. На очереди — высокая, или горная фиалка, обнаруженная ботаником и его помощниками-студентами в окрестностях деревни Шевино возле поселка Летцы.

Первой была перенесена из родных мест обитания в один из искусственных водоемов области лобелия Дортмана. Это редкое прибрежно-водное растение, имеющее международный статус охраны, является своего рода индикатором чистой воды и встречается только на пяти озерах Беларуси, три из которых расположены в нашей области. За десять лет красавица-лобелия не просто прижилась на новом месте, но и хорошо разрослась на радость ученым.

— Внедряя исчезающее растение, никогда не знаешь, как оно себя поведет. Сможет ли выжить в новых условиях или будет вытеснено конкурентами? Поэтому переселению предшествует исследование почвы на месте будущего обитания, оценка успешности реинтродукции. Это целенаправленная, рутинная и долговременная работа. Первые краткосрочные выводы можно делать только через 5 — 10 лет после экс­перимента, — рассказывает Иван Михайлович.

Он убежден, что заниматься этим делом необходимо. И прежде всего для сохранения генофонда Белорусского Поозерья, который сегодня  насчитывает более 1600 видов высших растений, а 70 за последние сто лет уже исчезли.

Казалось бы, ну какая современному человеку от этого печаль? Допустим, навсегда исчезнет из мира флоры эта самая лобелия Дортмана, что с того? Мир, конечно, не перевернется, но станет беднее. Что краше: луг душистого разнотравья или поле, на котором 2-3 вида растений? Ответ очевиден.

— К тому же, кто знает, что может дать краснокнижная лобелия человечеству в будущем? Может, на ее основе будет изготовлен чудесный лекарственный препарат? А ресурсные виды растений — черемша, например, разве не сгодятся людям? Поэтому наш долг — сохранить и передать потомкам биологическое разнообразие во всей полноте, — терпеливо разъясняет Иван Михайлович позицию ботаников.

Четыре года назад И. Морозов со студентами вернул на прежние места обитания ирис сибир­ский, находившийся на грани исчезновения. Год назад он впервые зацвел и дал семена. Кстати, благодаря охранной деятельности человека из Красной книги уже исключили некоторые виды редких растений. Яркий пример — безвременник осенний, который приспособился к новым местам обитания. С численно­стью синего подснежника (печеночницы) тоже все нормально. Есть уверенность, что яркими озерцами этих первоцветов будет любоваться еще не одно поколение.

Нина ЛУКЬЯНОВА.

Фото предоставлены автором.

Газета «Твой Город».